... Вот вчерась приказчик Петруша...
Марья Антиповна. Да они-то что ж?
Дарья. Да! кланяться приказали. Вот, сударыня, прихожу я к ним: Иван
Петрович на диване лежит, а Василий Гаврилыч на постели... или, бишь,
Василий Гаврилыч на Диване. Табаком накурили, сударыня, - не продохнешь
просто.
Матрена Савишна. Да что говорили-то?
Дарья. А говорили-то, сударыня ты моя, чтобы непременно, говорит, нынче
в Останкино приезжали, этак в вечерню, говорит. Да ты, говорит, Дарья,
скажи, чтобы беспременно приезжали, хоть и дождик будет, все бы приезжали.
Марья Антиповна. Что ж, сестрица, поедемте!
Матрена Савишна. Ну, так ты, Дарья, беги опять да скажи, что, мол,
приедут.
Дарья. Слушаю-с. Больше ничего-с?
Марья Антиповна. Да скажи, Даша, что принесите, мол, каких-нибудь
книжечек почитать; дескать, барышня просит.
Дарья. Слушаю-с. Больше ничего?.. Ах, сударыня! я было и забыла совсем.
Иван-то Петрович приказывал: да скажи, говорит, чтобы мадеры привезли;
хорошо, говорит, на вольном воздухе.
Матрена Савишна. Хорошо, хорошо, привезем!
Дарья (подходит к Матрене Савишне и говорит вполголоса). Да еще,
Матрена Савишна, Василий-то Гаврилыч говорит Ивану Петровичу: конечно,
говорит, твое дело другое и, говорит, Матрена Савишна женщина замужняя...
ну, и все такое... А Марья-то Антиповна, говорит, девушка... не то чтобы
что, либо-_о_што. А это, говорит, полагать надо, баластво одно. И, говорит,
того и гляди, что за бородача за какого-нибудь выдадут. А выходит, говорит,
хлопотать не из чего. Не то что насчет чего... ну, сами понимаете... А я,
говорит, человек бедный... Кабы жениться, я, говорит, непрочь. Да, говорит,
не с нашим рылом да в калачный ряд. Это Василий-то Гаврилыч Ивану Петровичу
говорит. Твое, говорит, дело другое...
|
