Скрестить, упереть в бока, опустить; уцепиться пальцами за краешек сиденья, положить руки на бедра, или закинуть их за голову, или сплести пальцы на животе..
Хозяин, наскоро перекрестясь перед закоптелой иконой, посылал мальчишку за утренним чаем; более грамотные читал..
Но "Нью-Йорк таймс" уже давно стала писать о ней: "Еще одна Анджела По... безусловно, покорит своих неисчислимых чи..
«Общая риторика Н.Ф.Кошанского», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Письмо Н. В. Гоголю», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дмитрий Калинин», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Русская литература в 1841 году», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Взгляд на русскую литературу 1846 года», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
«"Горе от ума". Комедия в 4-х действиях, в стихах.», закладка на странице 10 (прочитано 14%)
«Ответ "Москвитянину"», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Герой нашего времени», закладка на странице 10 (прочитано 11%)
«Римские элегии», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Руководство к всеобщей истории», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Стихотворения Владимира Бенедиктова», закладка на странице 10 (прочитано 33%)
Белинский Виссарион Григорьевич
"Но что будет из этого? что напишет он? Что откроет? Что скажет нам? - Кажется ничего!" (стр. 212). Автор объясняет это тем, что Иван Васильевич не приучен к упорному труду; мы принимаем эту причину, но как одну из второстепенных. Первая и главная причина - в натуре Ивана Васильевича, неспособной ни к убеждению, ни к страсти, - в его уме, неспособном выдерживать отрицания и итти до последних следствий...
Теперь пойдем за нашими героями в Москву, на Тверской бульвар и подслушаем некоторые отрывки из их разговора.
"- Откуда ты?
- Я был за границей.
- Вот-с! а где, коль смею спросить?
- В Париже шесть месяцев.
- Так-с.
- В Германии, в Италии...
- Да, да, да, да... Хорошо... а коли смею спросить, много деньжонок изволил порастрясти?
- Как-с?
- Много ли, брат, промотыжничал...
- Довольно-с.
- То-то... а батюшка-то твой, мой сосед, что скажет на это. Ведь старики-то не очень сговорчивы на детское мотовство... Да и годы-то плохие. Ты, чай, слышал, что у батюшки всю гречиху градом побило?
- Батюшка писал-с; я сам теперь к нему собираюсь.
- Хорошее дело старика утешить... А... смею спросить, какого чина?
- Так и есть! - подумал молодой человек. - 12 класса, - отвечал он, запинаясь...
- Гм... не важно... а уж в отставке, чай?
- В отставке.
- То-то же. Вы, молодые люди, вбили себе в голову, что надо пренебрегать службой. Умны слишком, изволите видеть, стали. - А теперь, коли смею спросить, что вы намерены делать-с... Ась?
- Да я хотел бы, Василий Иванович, посмотреть на Россию, познакомиться с ней.
- Как-с?
- Хотел бы изучить свою родину.
- Что, что, что...
- Я намерен изучить свою родину.
- Позвольте, я не понимаю... Вы хотите изучать? ..
- Изучать мою родину... Изучать Россию.
- А как же это вы, батюшка, будете изучать Россию?..
- Да в двух видах... в отношении ее древности и в отношении её народности, что, впрочем, тесно связано между собой. Разбирая наши памятники, наши поверья и преданья, прислушиваясь ко всем отголоскам нашей старины, мне удастся... виноват, нам... мы, товарищи и я... мы дойдем до познания народного духа, нрава и требования, и будем знать, из какого источника должно возникать наше народное просвещение, пользуясь примером Европы, но не принимая его за образец.
- По-моему, - сказал Василий Иванович, - я нашел тебе самое лучшее средство изучать Россию - жениться.
