e earth, and it is about 93 millions of miles away, while the mass of the moon is about 1-80th of that of the earth, but it averages only 240,000 miles away, varying between 220,00..
Г-жа Болдухина, заметив это, в простоте души обратилась к нему с вопросом: "Отчего, Мориц Иваныч, вы не взяли жареного?...
«Общая риторика Н.Ф.Кошанского», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Письмо Н. В. Гоголю», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дмитрий Калинин», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Русская литература в 1841 году», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Взгляд на русскую литературу 1846 года», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
«"Горе от ума". Комедия в 4-х действиях, в стихах.», закладка на странице 10 (прочитано 14%)
«Ответ "Москвитянину"», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Герой нашего времени», закладка на странице 10 (прочитано 11%)
«Римские элегии», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Руководство к всеобщей истории», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Стихотворения Владимира Бенедиктова», закладка на странице 10 (прочитано 33%)
«Тарантас», закладка на странице 10 (прочитано 21%)
«Московский театр», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Александрийский театр. Велизарий. Драма в стихах...», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Белинский Виссарион Григорьевич
Белинский В. Г. Собрание сочинений. В 9-ти томах.
Т. 5. Статьи, рецензии и заметки, апрель 1842 -- ноябрь 1843.
Редактор тома М. Я. Поляков. Подготовка текста В. Э. Бограда. Статья С. И. Машинского. Примечания Г. Г. Елизаветиной.
М., "Художественная литература", 1979.
Производительный гений наших доморощенных драматургов наконец совсем истощился. Даже публика Александрийского театра -- эта самая довольная и невзыскательная из всех публик в мире -- наконец начинает понимать, что "на своих не далеко уедешь". Что ж тут делать, особенно бедным бенефициантам? -- С горя они решились на поступок отчаянный: ставить на сцену старые пьесы, снова тормошить ветхие кости покойника-классицизма. Публика Александрийского театра, тоже с горя, решилась смотреть эти пьесы, которые, впрочем, для нее совершенная новость и которые скоро ей наскучат не хуже самодельных и передельных водевилей, как скоро она к ним поприсмотрится... Боже мой! как быстро все идет на Руси! Давно ли, кажется, владычествовал в нашей литературе и на нашей сцене французский псевдоклассицизм! Давно ли кончились ожесточенные бои за романтизм против классицизма и за классицизм против, романтизма! И вот уже на пьесы Расина и Мольера смотрят в театре, как на пьесы новые, о которых только журналисты и литераторы знают, что они старые. Впрочем, причиною этого не один быстрый ход потока мнений, но и невинное незнание всего, что делалось вчера и чего уже не делается ныне. Публика Александрийского театра -- особая публика, подобной которой не найти ни в древнем, ни в новом мире. Это публика без преданий, без корня и почвы: она составляется или из того временно набегающего на Петербург народонаселения, которое сегодня здесь, а завтра бог знает где, или из того дельного люда, который ходит в театр отдохнуть от протоколов и отношений и которому, после канцелярского слога, лучше всего на свете слог "Северной пчелы", юмор "Библиотеки для чтения" и тонкая игра водевильного остроумия. Где ж всем этим людям помнить, что было назад тому лет двадцать? Итак, давайте им не только Расина и Мольера, но даже и "Волшебный нос" г. Писарева: пока для нашего делового люда это будет ново, он останется всем этим очень доволен и будет с важностию рассуждать, отчего "Ифигения в Авлиде" так хороша, а между тем клонит ко сну...
Итак, пересмотрим сперва старые "возобновленные" пьесы, а от них обратимся к новой самодельщине, передельщине и переводам с французского.
ИФИГЕНИЯ В АВЛИДЕ. ТРАГЕДИЯ В ПЯТИ ДЕЙСТВИЯХ, СОЧ. РАСИНА, ПЕРЕВОД М. ЛОБАНОВА.
