«Изгнанник, исторический роман из смутных времен Богемии, в продолжении Тридцатилетней войны»

   
   Белинский В. Г. Собрание сочинений. В 9-ти томах. Т. 1.
   Статьи, рецензии и заметки 1834-1836. Дмитрий Калинин.
   Вступит. статья к собр. соч. Н. К. Гея. Статья и примеч. к первому тому Ю. В. Манна. Подготовка текста В. Э. Бограда.
   М., "Художественная литература", 1976
   
   ИЗГНАННИК, ИСТОРИЧЕСКИЙ РОМАН ИЗ СМУТНЫХ ВРЕМЕН БОГЕМИИ, В ПРОДОЛЖЕНИИ ТРИДЦАТИЛЕТНЕЙ ВОЙНЫ. Сочинение Богемуса. Перев. с немецкого В.....ъ. С.-Петербуруг, в т. вдовы Плюшар с сыном, 1834. Три части. I-VII, 239; II - 219; III - 231. (8).
   
   Неизвестный переводчик сего романа жалуется в своем предисловии, что "в последние годы почти исключительно удостоивались (?) перевода на русский язык французские романы, немецкие же сочинения сего рода как бы вовсе не существовали", несмотря на то, что "в Германии столько есть и ежегодно вновь (?) является отличных беллетристов (??), коих генияльпые сочинения не известны в русской словесности", и объявляет, что, вследствие сего, он предпринял благое намерение "ознакомить благосклонных {Почему же именно благосклонных, а не просвещенных и образованных читателей, или по крайпей мере не русскую публику?} читателей с некоторыми, заслужившими славу, современными писателями Германии, и на тщательные переводы по одному из лучших их сочинений посвятить часы своего досуга". Это объявление или обещание, несмотря на детский способ выражения и до крайности неправильную расстановку знаков препинания, должно обрадовать всех истинных любителей изящного, особенно не знакомых с немецким языком, и рецензент, с своей стороны, от всей души благодарит неизвестного переводчика за прекраспое предприятие и желает ему полного успеха. В самом деле, у нас вообще слишком мало дорожат славою переводчика. А мне кажется, что теперь-то именно и должна бы в нашей литературе быть эпоха переводов, или, лучше сказать, теперь вся наша литературная деятельность должна обратиться исключительно на одни переводы как ученых, так и художественных произведений. Теперь курс на российские изделия чрезвычайно понизился; публика требует дельного и изящного и, не находя на отечественном языке ни того, ни другого {За весьма немногими исключениями, и то в пользу ученой литературы: разумею полезные и благородные труды гг. Устрялова, Сидонского и некоторых других, несмотря на всеобщее коммерческое направление, бескорыстно подвизающихся на пользу и славу отечества.}, поневоле читает одно иностранное. Новые погудки на старый лад надоели всем пуще горькой редьки; авторитеты обанкрутились и потеряли свой кредит; очарование имен исчезло; словом, наше общество требует уже не мыльных пузырей, а дельного чтения. Оригинальное уже не удовлетворяет его, ибо оно видимо обгоняет в образовании тех корифеев, которым, бывало, поклонялось. Посему надобно пользоваться подобным направлением общества и удовлетворять по возможности его требованиям.