внимание на то, что влекло его к себе с особенной силой, как человека и поэта народного по преимуществу, начиная от природы, которую он подверг такому осязательному анализу, ..
Питер Дженнингс, комментатор Эй-би-си тут же выдал это в эфир в вечерних новостях, а русские тут же кое-ч..
Что бы здесь ни деялось, не робей; станут играть в бабки - играй, только старайся весь кон сбивать и все бабки к себе забирать...
Вы читаете «Портретная и биографическая галерея словесности, художеств и искусств в России. I. Пушкин и Брюллов (Портреты — Соколова)», страница 1 (прочитано 0%)
Белинский Виссарион Григорьевич
Белинский В. Г. Собрание сочинений. В 9-ти томах.
Т. 3. Статьи, рецензии и заметки. Февраль 1840 -- февраль 1841.
Подготовка текста В. Э. Бограда.
М., "Художественная литература", 1976
ПОРТРЕТНАЯ И БИОГРАФИЧЕСКАЯ ГАЛЕРЕЯ СЛОВЕСНОСТИ, ХУДОЖЕСТВ И ИСКУССТВ В РОССИИ. I. Пушкин и Брюллов. (Портреты -- Соколова). Санкт-Петербург. В типографии Карла Крайя. 1841. В 4-ю д. л. 14 и 10 стр.
В декабре месяце прошедшего года вышла в Петербурге огромная программа, всех удивившая, многих насмешившая, а некоторых и оскорбившая. Программа эта гласила, что-де будет издаваться "Портретная галерея" всех великих людей земли русский, с их жизнеописаниями. Дело доброе! -- сказали мы, думая увидеть портреты Петра Великого и его сподвижников -- Меншикова, Миниха, Остермана и др.; Екатерины Великой, Румянцева, Суворова, Потемкина, Ломоносова, Державина, Фонвизина и прочих знаменитых и замечательных лиц ее царствования; из новейших -- Озерова, Батюшкова (которого можно считать как бы умершим) 1, Веневитинова, Дельвига и, наконец, Пушкина; -- но каково же было наше удивление, когда мы заметили, что, во-первых, в программе помещены имена большею частию живых лиц, которых биографии странно было бы читать, и, во-вторых, что многие из великостей и знаменитостей напоминают собою стихи Крылова;
Какие крохотны коровки!
Есть, право, менее булавочной головки!2
Удивительно ли после этого, что многие были оскорблены внесением их имен в забавную программу,-- потому ли, что не считали себя великими людьми, или потому, что находили для себя как-то странным красоваться в ряду некоторых "великих людей"!.. Но вот наконец вышла первая тетрадь с портретами и биографиями Пушкина и Брюллова {Портрет Пушкина недурен, но портрет Брюллова и не похож и плохо сделан. -- Замечательно, что даже в заглавии статьи, вместо Пушкина, является крупными литерами П_у_т_к_и_н!..}. Взглянем на нее.
Во-первых, что за странное заглавие: "Портретная и биографическая галерея словесности, наук, художеств и искусств в России"? Есть ли тут смысл и выражает ли это содержание тетради? Нисколько!-- Потом, что такое -- художества и искусства? Неужели это не одно и то же, а два разные предмета?.. Или, может быть, чем больше слов в заглавии, хотя бы и наудачу поставленных, тем эффектнее действует это заглавие на добродушие того круга публики, для которого выдумана эта спекуляция?..
Но содержание еще лучше заглавия.
... Первый порыв - и мы
готовы идти за любой атлотой, если, конечно, она не дурнушка. Но как только
задумаешься да пораскинешь, что хорошо и что плохо,, что тебе больше
подходит, так в конце концов и не будешь больше делать глупостей! Вы ведь
еще подумаете, не правда ли, сеньор?.. В тот вечер это была просто шутка,
прихоть...
Фебрер энергично тряхнул головой. Нет, это не шутка и не прихоть. Он
любит Маргалиду, нежный Цветок миндаля, уверен в своей любви и пойдет за ней
куда угодно. Он хочет впредь действовать так, как ему диктует собственная
воля, без мелочных сомнений и предрассудков. Довольно ему быть их рабом.
Нет, никаких размышлений, ни малейшего раскаяния! Он любит Маргалиду и
просит ее руки с таким же правом, как и любой молодой мужчина на острове.
Вот и все.
Пеп, покоробленный этими словами, уязвленный в своих самых давних и
сокровенных взглядах, протестующе воздел руки, и вся его простая душа
отразилась в глазах, полных испуга и изумления.
- Сеньор!.. Сеньор!..
Он готов был призвать в свидетели господа бога, чтобы выразить свое
смущение и удивление. Такой, как Фебрер, хочет жениться на крестьянке из
Кан-Майорки!.. Нет, мир уже не тот: должно быть, перевернулись все законы,
словно море собирается затопить остров и миндаль отныне будет цвести на
волнах. Да представляет ли себе дои Хайме, что значит его желание?
Все почтение, накопившееся в душе крестьянина за долгие годы холопства
у знатной семьи, набожное преклонение перед ней, внушенное ему родителями,
когда еще в детстве он наблюдал приезды майоркинских господ, - все эти
чувства теперь воскресли и протестовали против такой нелепости, как против
чего-то несовместимого с человеческими обычаями и божественной волей. Отец
дона Хайме был человеком могущественным, из тех, кто сочиняет законы в
Мадриде; он даже жил в королевском дворце. Пеп все еще его видел мысленно
таким, каким тот представлялся ему в наивных детских..