..... Я их знал пропасть. Ты скажи
мне: эта Розалия - девушка?
Агата. Кто ж ее знает.
Д. Фернандо. Замужняя?
Агата. Кто ее знает.
Д. Фернандо. Вдова?
Агата. А кто ж ее знает.
Д. Фернандо. Значит, неизвестно? Ну, наконец, хороша она?
Агата (пожимая плечами). Гм...
Д. Фернандо. Про это тебя и спрашивать-то бы не надо.
Агата. Отчего же?
Д. Фернандо. Ни одна старуха на такой вопрос не ответит, а только
пожмет плечами, как ты. Это уж лучше я сам рассмотрю. Дело в том, что эта
незнакомка очень сокрушает моего дядю; в качестве пастыря он обязан, он сам
так говорит, быть на страже добрых нравов, отвращать соблазны... А эта
Розалия, судя по тому, что я слышал, возбуждает подозрения и тревожит
совесть здешних обывателей, которые, к несчастью, и от природы подвержены
ханжеству и суеверию.
Агата. Ах! Соблазну тут очень много. Недаром же я молюсь мадонне, чтоб
поскорей выбраться из этого дома, от греха.
Д. Фернандо. Что же ты не уйдешь?
Агата. Нельзя. У этого еретика-доктора я живу по приказанию монсиньора,
а он мой духовник.
Д. Фернандо. Это что-то мудрено. Значит, дядюшка имеет какие-нибудь
неприятности с доктором...
Агата. Не знаю.
Д. Фернандо. Но с чего ж бы им ссориться?
Агата. Ах, дон Фернандо! О таких вещах лучше молчать, они слишком
оскорбляют нравственность.
Д. Фернандо. В таком случае я у тебя спрашиваю: зачем же твой духовник
держит тебя, так сказать, у самыз врат адовых? Разве сторожем?
Агата. Нет, дон Фернандо, мне, бедной грешнице, для спасения души моей
нужно испытание.
Д. Фернандо. В должности шпиона. (В сторону.) Надо остеречь друга.
Агата. Позвольте мне итти, у меня есть дело...
Д. Фернандо. Погоди, мне нужно еще спросить кой-что... Но только
отвечай хорошенько, а не жми плечами. Доктор был женат?
Агата. Конечно, был, только жена его давно умерла.
Д. Фернандо. Где умерла?
Агата. В этом доме, за два года перед тем, как доктор переехал на житье
в Катанию вместе с дочкой...
|
